Реабилитационный центр на Фонтанке, 193 для освободившихся из заключения из колонии строгого режима в пос. Форносово сотрудники называют подворьем зоновского храма св.Серафима Саровского. Потому что здесь, в центре Петербурга, они принимают ту братию, которая выходит из общины в колонии. Если освобожденным есть, куда поехать, здесь им выдают небольшие денежные средства, чтобы те могли двигаться дальше, дают ночлег, питание, то есть действительно выполняют все функции подворья, странноприимного дома. Другая важная задача центра – завозить материалы, необходимые заключенным в иконных мастерских в форносовской тюрьме. О деятельности центра рассказывает Анатолий Осипов, который является одновременно и директором, и завхозом, и администратором: - Мы столкнулись с такой бедой, что братьям, которые воцерковились и находятся в колонии строгого режима в Форносово после освобождения некуда пойти, и нет никакой помощи им от городских властей. Мы попытались решить эту проблему. Сначала в бюллетене городской недвижимости нашли помещение в 130 квадратных метров, восемь лет назад такое было возможно (сейчас Петербург становится столичным городом и с помещениями совсем тяжело). Тогда это был разрушенный нежилой фонд. Три месяца большими грузовиками мы вывозили мусор и затем сами стали делать ремонт. Силами общины месяца четыре мы ремонтировали наш будущий дом. Когда я говорю общины, то имею в виду тех братьев, которые, во время своей бытности в форносовской колонии, являлись прихожанами храма, причащались, исповедовались. Это те, кто работает на нашем производстве при храме той же колонии. Они имеют возможность участвовать в жизни нашей общины и здесь, в городе, за пределами колючей проволоки. Прошло уже семь лет как мы работаем здесь, на Фонтанке. Конечно, мы не в состоянии предоставить жилье многим. Но три-четыре-пять человек регулярно здесь живут, поскольку у них нет другой жилплощади, где бы они могли существовать. Находятся они здесь в основном полгода. Но есть у нас и старожилы, которые пребывают в реабцентре по нескольку лет. Вот, например, живет у нас сейчас Сан Саныч, который борется с судебной системой за получение своей жилплощади уже на протяжении многих и многих лет. У него ничего не получается, но он все равно пытается хоть что-нибудь сделать. Судьбы у бывших заключенных складываются разным образом. Если кто-то может найти свою вторую половину, жениться, венчаться, у них есть возможность жить в другом месте. Есть и приходящие люди, которые не живут здесь, но помогают нам в наших трудах. Одним из самых сложных для тех, кто освободился, стоит вопрос с пропиской. Были ситуации, когда мы вынуждены были покупать прописку некоторым из наших братьев, потому что других способов помочь мы не видели. За время пребывания в тюрьме у многих все оказалось утрачено, очередь на получения жилья для контингента, освободившегося из заключения, длинная, бесконечная и зачастую они попадают обратно за решетку раньше, чем их очередь подойдет. Негде жить, нечем питаться, никто не дает средств – замкнутый круг. Тем самым, если мы покупаем им прописку, мы их легализуем. По благословению покойного владыки Иоанна еще с 1996 года мы изготавливаем иконы. Еще несколько лет назад мы также мастерили серебряные колечки с надписью «спаси и сохрани». Но ситуация с производством тогда была непростая. Потому что многие из тех, кто занимался тем же делом, были люди невоцерковленные, и пользовались материалами, которые не соответствовали заявленной 925 пробе, к примеру, использовали танковые аккумуляторы, колпачки. За счет этого снижалась себестоимость продукции. Мы покупали металл в госбанке и, конечно же, в этой ситуации прогорели. С иконами оказалось все по-другому. Если говорить о похожих организациях – я имею в виду тех, кто тоже делает иконы, то, конечно, мы не одни. Но не могу назвать это конкуренцией – все-таки у православных людей нет конкуренции, мы находимся на одном поле, и нам хватает небольшого кусочка на нем, чтобы сосуществовать и не ходить с протянутой рукой. Таким образом мы сами себя кормим, обеспечиваем, не просим ни у кого никаких средств. Собственно говоря, изготавливают иконы на зоне в специализированных мастерских. В Питере с нами работает иконограф, иконописец, который занимается разработкой образов, пишет иконы, обрабатывает их на компьютере, потом через разные программы накладывает золото, серебро… Но основное производство у нас в Форносово. Все работающие здесь получают договорную зарплату. Кто-то получает деньги ежедневно, кто-то на сдельной работе. В тюрьме, как вы понимаете, наличных денег нет. И зарплата там кладется на книжку или на выписку в магазин. Как говориться, что заработали, то и съели. Отсюда, из города, мы завозим в колонию и продукты. Здесь, в реабцентре, каждая комната предназначена для особого вида заключительных работ по изготовлению икон (всего комнат четыре, исключая небольшую церковь и кухню). Сюда приходят изображения для будущих икон на таких вот длинных лентах, рулонах. Их нужно порезать, наклеить на дерево. Давайте посмотрим, как серебрят иконы. Занимается этой ответственной и ювелирной работой Саша. Он освободился два года назад, устроился ставить домофоны. Проработал полтора года, и к нам пришел. Научился на станке работать, а это требует терпения, особой аккуратности. Попробуй не так серебро наложить – кривизна пойдет… Затем иконы упаковывают, вкладывают в упаковку молитвы для тех святых, кто изображен на них. Мы сотрудничаем с различными епархиями, храмами и монастырями от Владивостока до Калининграда. Слава Богу, в этом смысле работа налажена. И чем больше мы работаем, тем больше возможности у нас помогать людям, которые находятся в тюрьме в Форносово. Но вынужден подчеркнуть, что мы не в силах помочь всем тем, кто находится под стражей в специализированных учреждениях Петербурга или области. Этот центр только для тех, кто находился в составе общины в Форносовской колонии. И знаете, что удивительно? Никогда не было дня, чтобы работа наша стояла. Бывает люди, которые у нас здесь работали, по каким-то причинами искусились и решили, что на других хлебах будет лучше, но потом через месяц-два каждый из них возвращается сюда. Таких десятки. Мы можем помочь какое-то время, напишем ходатайство в монастырь, но количество рабочих мест у нас ограниченно. Когда человек приходит из колонии, он сталкивается с теми искушениями, которые здесь на каждом шагу – полуобнаженные женщины, ларьки с алкоголем... Это очень сложная проблема, и надо пытаться найти плавный переход от той церковной жизни, которая осталась в колонии, к жизни здесь, на свободе. Конечно же, было бы идеальным вариантом где-нибудь в области, в каком-нибудь поселочке организовать наподобие такого реабилитационного центра для тех, кто только что освободился. И чтобы это было недалеко, и чтобы были силы все это контролировать, и только потом уже переводить людей в город, где нравы более раскрепощенные. Шофер Андрей недавно освободился. В колонии был старостой общины: «Ну, что вам сказать? Отсидел я тринадцать лет за убийство. В тюрьме я к вере пришел. И путем размышлений, путем веры в Бога, можно сказать, обрел нормальную жизнь. Конечно, многое повлияло на мой приход к Богу – и ситуации в колонии, особенно, в первые годы, и люди. Стал старостой в храме. Следил, чтобы службы, которые назначал священник, проводились, руководил производственными вопросами. Особенных ситуаций не было, наоборот, все помогали, как могли. Нет, Бог, конечно, помогал через человека. Знаете, что самое сложное для человека? Жить по заповедям Божьим. Потому что своя греховная натура постоянно препятствует исполнению воли Божьего закона. Но это и есть жизнь православного человека – постоянная борьба. В этом смысл жизни. «Уклонись от зла и сотвори благо» - все вроде просто, а на самом деле как серьезно! Здесь, на воле, жить гораздо сложней, потому что много есть из того, чего нет в тюрьме. Все это видеть и терпеть очень тяжело, тяжелей гораздо, чем в тюрьме… Придя сюда он знает, что его поддержат, накормят. Со временем он может и документы наладить, и работу найти, идти дальше по жизни… важно продержаться первое время, первые дни свободы. В чем уникальность нашего центра? В том, что это самообеспечивающаяся община. Здесь человек не только сидит, думает и молится – он при этом работает, понимает, что сам себя обеспечивает, зарабатывает деньги. Все у нас здесь вместе как в монастыре: труд и молитва». Анатолий Осипов: Есть проблема и другого рода, но она также связана с помещением. Нам тесно, нужно расширяться, чтобы склад стал пошире, чтобы мы могли поставить какие-нибудь койки для нашей братии. Иной раз бывает, просто матрас на полу лежит, и спит раб Божий, потому что не хватает ему места. Сколько лет мы пытаемся взять дополнительное помещение, но все районные и городские комиссии почему-то нам отказывают. Как я уже сказал, есть у нас небольшая церковь. К сожалению, богослужения проходят редко, в основном это престольные праздники. Нас окормляет храм святителя Николай Чудотворца в Колпино. Конечно же, священники крайне заняты, они регулярно ездят в колонию, в храм преподобного Серафима, большое количество народу желает исповедаться и причаститься. Поскольку священников не хватает, мы стараемся молиться здесь сами: вычитываем утреннее и вечернее правило, кто-то читает псалтирь. Но вы не забывайте, что само место у нас здесь на Фонтанке чудесное: и Никольский собор, и Троицкий собор, и Валаамское подворье, и Исидоровская церковь – все рядом, в течение десяти минут пешком. Записала Жанна СИЗОВА Общественная организация "Всех скорбящих Радость" расположена по адресу 190121, СПб, набережная р.Фонтанки, 193. Занимается производством церковной утвари - иконы (400 наименований), серебро, резьба. Продукция сбывается оптом по церквям. Телефон - и реабцентра и склада: (812)312-0667. Милосердие.ру